Общество / Социум«Могло закончиться бедой»: суд запретил экс-полицейскому приближаться к собственным детям

Дата публикации: 5-12-2019, 14:26 Просмотрено: 2 285

Более полугода двое несовершеннолетних детей, проживавших после развода родителей вместе с отцом, находились в состоянии стресса: отец применял к детям физическое и психическое насилие, препятствовал встречам с мамой. Когда об этом стало известно Вирускому уездному суду, в течение дня было принято постановление, запрещающее отцу в порядке первичной правовой защиты приближаться к детям, а также общаться с ними как лично, так и по телефону и интернету.

«Могло закончиться бедой»: суд запретил экс-полицейскому приближаться к собственным детям
Иллюстративное фото.

Защитить детей

Споры об опеке над детьми, которые ведут между собой разведенные родители, редко освещаются в прессе: уж очень деликатная тема. Однако данный случай - особенный.

Мама, с которой сейчас воссоединились дети, пояснила нашему изданию, что хочет предать гласности события последних месяцев, чтобы защитить своих детей от дальнейших посягательств со стороны отца. Возможно, эта история поможет и другим семьям, оказавшимся в аналогичной ситуации.

Марина (имена всех участников этой истории изменены в интересах детей, настоящие имена и фамилии редакции известны) впервые обратилась в редакцию «НГ» в январе этого года. Долгое время ее семья казалась окружающим образцом благополучия: отец - сотрудник полиции, мать - домохозяйка, уютный дом, трое ухоженных детей, которые хорошо учатся в школе и посещают кружки по интересам.

Но на самом деле супружеская жизнь давно уже дала трещину. «Муж в раздражении и алкогольном опьянении мог начать оскорблять меня, даже бить, но каждый раз казалось - это было в последний раз. Когда я говорила о разводе, Владимир начинал меня запугивать: говорил, что я - ничтожество, не работаю и никому не нужна. И он может устроить так, что меня лишат родительских прав, вообще вышлют из страны - и я больше детей не увижу. Казалось бы, глупые угрозы, но они производили на меня впечатление», - рассказывает Марина, которой нетрудно представить, что бывший муж мог держать в страхе двух сыновей-подростков так, что старший, получавший помимо словесных оскорблений и побои, не решался признаться в этом.

Более двух лет назад после того, как Марина и Владимир расстались, сыновья остались с отцом. «На суде они сказали, что хотят жить с папой: наверное, он им представил дело так, что я - предательница, разрушительница семьи».

Социальная служба: случай в работе

Мы связались с Департаментом социальной помощи города Нарвы с просьбой пояснить, каким образом и как часто проводились проверки этой семьи и почему соцработникам не удалось выявить тех печальных фактов, которые выяснились в ходе судебного разбирательства.

«В ответ на Ваше письмо сообщаем, что данный случай находится в работе отдела охраны детства Департамента социальной помощи г. Нарвы.

Согласно Закону о публичной информации § 35, данный случай содержит деликатные личные данные, поэтому Департамент Социальной помощи не может комментировать либо разглашать информацию по семье.

В своей работе специалисты защиты детства руководствуются Законом защиты детства § 28 и §29», - ответила нам директор департамента Елена Васильева.

Следил и угрожал

Но и бывшую жену Владимир не оставлял в покое: пользуясь служебным положением, он в течение длительного времени использовал полицейскую базу данных для получения информации о Марине и людях, с которыми она общалась: в общей сложности он сделал 52 необоснованных запроса в полицейскую базу. В связи с этим проступком Владимир был уволен из рядов полиции, однако сам себя виновным не посчитал: он обжаловал решение об увольнении в суде, мотивируя свое поведение тем, что делал запросы, беспокоясь о безопасности детей. Однако Тартуский административный суд в этом вопросе также встал на сторону Департамента полиции и погранохраны и посчитал увольнение законным.

Владимир также писал бывшей супруге и ее нынешнему мужу смс-сообщения оскорбительного и угрожающего содержания, в которых писал о том, что обольет лицо бывшей супруги кислотой, переломает ей руки и ноги, и так далее. По этому факту полицией было возбуждено уголовное дело, причем на суде Владимир признал свою вину и извинился перед Мариной. Суд счел, что угрозы не были реальными, а при оценке событий необходимо учитывать, что все они произошли после того, как потерпевшая захотела разрушить длительный брак, что и создало для обвиняемого напряженную ситуацию. Уголовное дело в отношении Владимира было прекращено, он был наказан 50 часами общественных работ.

Дети были «заняты»

Уже после всех этих событий состоялся очередной суд (в феврале 2019 года), который должен был решить, с кем должны жить дети. По словам Марины, на суде речь шла о том, что у детей серьезно ухудшились успеваемость и состояние здоровья. «Социальный работник внесла предложение о том, что если ситуация не улучшится в течение 4 месяцев, опеку над детьми следует передать матери. Но почему-то суд не принял это к сведению. Следующего заседания через 4 месяца не было назначено, а ситуация не только не улучшилась, но стала ухудшаться. Несмотря на постановление суда, я виделась с детьми вместо определенных судом двух раз в неделю один-три раза в месяц», - рассказала Марина.

С начала учебного года Марина снова обращалась в службу защиты детства при городском Департаменте социальной помощи с просьбой разьяснить детям, что порядок общения детей с мамой установил суд, и этому порядку нужно следовать. Говорила о том, что дети ходят в грязной одежде, неухоженные, отстают в учебе. Служба охраны детства городского Социального департамента провела два круглых стола. «На первый Владимир не пришел, на другом устроил скандал из-за того, что вместе со мной на круглый стол пришел мой нынешний муж Сергей. Владимир потребовал: или он, или мой муж, но соцработники ему объяснили, что раз мой муж принимает участие в воспитании одного из наших детей, то также имеет право участвовать в заседании. Третий назначенный круглый стол так, к сожалению, и не состоялся, хотя дата была оговорена», - рассказывает мама.

Тема круглых столов была все та же - успеваемость детей и их здоровье. Марина обращала внимание соцработников на то, что у одного из живущих с бывшем мужем детей - астма, ребенок нуждается в регулярном приеме лекарства и обследованиях. Судя по анализам, состояние здоровья старшего сына серьезно ухудшилось, да и внешне он выглядел неважно.У Марины были доказательства, что отец либо не выкупает все необходимые лекарства, либо не следит за их приемом.

В ходе совместных бесед с соцработниками была достигнута договоренность, что дети будут приходить к маме не два, а четыре раза в неделю, с тем, чтобы она могла помогать им с выполнением домашних заданий - но они не пришли ни разу. «Я договорилась с репетитором для старшего - он тоже к нему ни разу не пришел», - рассказывает Марина.

Встречи соцработника с детьми, на которых должно было произойти разъяснение порядка встреч с мамой, состоялись только в ноябре. Марина получила от соцработника письмо, в котором говорилось, что в ходе встречи выяснилось: ребенок знал об определенном судом порядке встреч - с ним об этом говорил папа. «На вопрос: по какой причине встречи не состоялись, сослался на нежелание, на «лень» или на занятость (например: делал уроки)», - говорилось в отчете соцработника. Тот же ответ дал соцработнику через некоторое время и старший сын, который в последнее время частенько прогуливал школу.

Специалисты считают, что насилие было

И только в конце ноября старший сын признался Марине, что больше не хочет жить с папой, который вот уже более полугода раздражается по любому поводу, ругает детей, а на старшего даже поднимает руку - якобы из-за плохих оценок в школе.По словам Марины, дети объяснили, что не ходили на встречи с ней, чтобы не сердить папу.

Когда дети получали от Марины смс-сообщения с напоминанием о встрече, папа читал их и диктовал ответы. «Например, однажды я написала младшему сыну: в среду встреча, приходи покушать, поиграть и позаниматься. А сын отвечает: нет, не приду, у нас уже есть планы. Спрашиваю, что за планы? Сын отвечает: секрет. Потом сын рассказал, что писал под диктовку отца, и никаких планов на тот вечер на самом деле не было», - вспоминает Марина.

Сыновья рассказали, что перед тем, как ругать детей или пускать в ход руки, отец на всякий случай отбирал у них телефоны, а также отключал установленную в доме видеокамеру.

«После этого разговора я всю ночь не спала, настолько тяжело было на душе. Так как дети решили к отцу больше не возвращаться, мы с ними съездили на квартиру отца за их компьютерами и учебными принадлежностями. Запасной одежды не оказалось,так как отец ничего не покупал несмотря на то, что я переводила детям алименты. Одежды у детей практически не было, стало ясно, почему они месяцами ходили грязные, запущенные. В самой квартире был страшный беспорядок, особенно на кухне, повсюду запах сигарет - отец явно курил в квартире несмотря на астму у ребенка. Когда социальная служба последний раз была в квартире, точно не знаю, может быть, полгода назад. Видя, что дети ходят неухоженные, я много раз просила соцработников побывать в квартире, но они отвечали, что мой бывший муж не хочет их впускать, и они ничего не могут поделать. Предполагала, что там не все в порядке, но не думала, что все настолько ужасно», - взволнованно рассказывает мама.

После этого Марина обратилась в полицию по поводу избиений старшего ребенка, но заявление не хотели принимать: говорили, что нет доказательств, это просто манипуляции сына. После настойчивого разговора со следователем и его консультацией с прокурором заявление все же приняли.

Потом Марина отвела сыновей к адвокату, назначенному им в порядке государственной помощи: сама осталась за дверями кабинета, чтобы не было сомнений в том, что мать оказывает на детей воздействие. Адвокат после беседы пришел к выводу, что дети говорят правду. Также Марина попросила помощи у директора школы, в которой учатся дети. Директор сразу же организовал встречу ребят с психологом, который провел тесты, показавшие, что насилие со стороны отца, в том числе и физическое, имело место.

В середине декабря состоится очередной долгожданный суд об установлении опеки над детьми, и Марина надеется, что суд оставит детей с ней. «Я хотела бы, чтобы на какое-то время сохранился и запрет на приближение: детям нужно время, чтобы прийти в себя, вернуться к нормальной учебе», - говорит она. Марина понимает: папа все равно будет дорог детям, но хочет, чтобы он больше не имел возможности разрушать их психику.

Из решения Вируского уездного суда

«Назначенный в порядке государственной правовой помощи представитель детей подал в суд заявление о том, что обстоятельства существенно изменились в ходе разбирательства. А именно, состоялось его общение с детьми и они объяснили, что их домашнее положение резко изменилось с лета. Отец часто употребляет алкоголь, очень нервничает, кричит на них, а также использует физическое насилие.

Сыновья сказали, что хотят жить со своей матерью и решили больше не возвращаться к отцу. Сыновья объявили, что больше не могут выносить семейной жизни со своим отцом.

По объяснениям старшего сына, отец нервничает по любому поводу, а затем кричит и оскорбляет детей. Отец также использует физическое насилие в отношении детей, когда он нервничает. Поведение отца изменилось летом, когда он пошел на работу.

Сначала надеялись, что изменения в поведении отца были временными, но поведение не изменилось, и в октябре дети начали думать, что это больше не может продолжаться, и они оба хотят жить со своей матерью. Младший ребенок сказал, что отец также диктует ему, как он должен общаться со своей матерью и что ей писать...

Дети утверждали, что ситуация дома изменилась настолько, что они боялись своего отца и жили с этим страхом в течение многих месяцев, но не осмеливались никому рассказывать».

Ирина Токарева


 

Комментарии (0)

Добавление комментариев:

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
$(document).ready(function(){ // agreement.disable_popup = true; agreement.init('UA-125958855-1'); });